«Не убивай». Диалог с убийцей второклассницы — о последних минутах жертвы

Просторный холл суда вовсе не заполнен журналистами — представителей СМИ можно пересчитать по пальцам. Огромный зал заседания пуст, и лишь слышен звон ключей конвоиров, которые ведут Руслана Шингирея. Ощущение, что даже представители прессы не захотели видеть человека, так жестоко расправившегося с ребенком.

Только в мае 2025 года следствие впервые публично признало, что над второклассницей перед смертью надругались.

— Увидел восьмилетнюю девочку, которая шла по улице домой из магазина. Заговорив с ребенком и пообещав довезти до дома, он силой посадил ее в салон эвакуатора и вывез в безлюдное место. После этого он совершил в отношении ребенка преступления против половой неприкосновенности и с целью скрыть содеянное задушил девочку, — говорится в сообщении донского управления СК.

Шингирей ведет себя спокойно. Не отворачивается от журналистов, не скрывает лицо и отвечает на вопросы. Только изредка, переспрашивая что-то, о чем его спросили, поднимает глаза. Возле зала судебных заседаний изредка крутятся охранники, спрашивают, почему так мало прессы. Предполагают, что люди вокруг осуждают дичайшее преступление и не хотят видеть преступника.

Приводим наш диалог:

— Руслан, вы раскаиваетесь в том, что совершили?

— Да.

— Что вы чувствуете сейчас?

— Боль на душе.

— Какой приговор ожидаете?

— Пожизненное.

— Зачем вы это сделали?

— Не смогу объяснить.

— Вы хотели просто надругаться над ребенком или хотели убить?

— Я не смогу объяснить.

Секретарь суда молча наблюдает, как журналисты фотографируют преступника сотни раз. Сам Шингирей не противится этому, и порой кажется, что даже намеренно позирует, направляя взгляд вдаль. Возможно, он уже ждал приговора, чтобы покинуть зал суда.

Перед началом приговора Шингирей сказал: «Я раскаиваюсь. Я очень раскаиваюсь». А после не смог внятно ответить на вопросы журналистов, почему же он решился на такую жестокость.

— Вы рассчитываете на более мягкий приговор, чем пожизненное?

— Нет.

— Вы целенаправленно шли на это преступление?

— Нет.

— Не планировали его? Расскажите, как это произошло?

— По случайной глупости.

— Что вы имеете в виду?

— Я не смогу объяснить.

— Вы считаете, что пожизненное заключение будет справедливым приговором для вас?

— Да.

Убийца второклассницы несколько раз повторил, что всё произошло спонтанно. Заявил, что тщательно не планировал преступление. Но так и не смог пояснить, что им двигало.

Руслан сказал журналистам, что после случившегося он просто поехал домой, оставив убитую девочку в лесополосе.

— Всё спонтанно произошло. Я совершил то, что уже все знают. Поехал домой.

— Скажите, ребенок просил, чтобы вы оставили его в покое?

— Да.

— Что она говорила?

— «Не убивай».

— Вы убили под страхом того, что ребенок всё расскажет?

— Да.

— Вы ее задушили, правильно? Вы же сначала говорили, что не насиловали, а просто задушили. Потом [говорили, что] изнасиловали, но не душили. Вы следствие хотели в заблуждение ввести?

— Нет.

— На следственном эксперименте в первый раз вы сказали силовикам, что задушили ее. Позже на видео вы сказали, что изнасиловали, а потом задушили, надели на нее пакет и оставили.

— Я говорил, что во время изнасилования задушил.

— Вы во время изнасилования уже душили ее?

— Да.

После этих слов по коже прошел холодок. Журналисты переглядывались от чувства, скорее всего, презрения к тому, кто находился на скамье подсудимых. У самого Руслана Шингирея не дернулся ни один мускул. Как будто заметив реакцию людей, он сказал, что хочет извиниться перед родителями Даши, и повторил, что раскаивается. Говорил он тихо, приходилось переспрашивать. Эхом в пустом зале судебных заседаний отдавались громкие вопросы журналистов.

— У вас есть сейчас возможность. Извиняйтесь.

— Дорогой Василий и Анна, извините, пожалуйста, меня за то, что я натворил.

— Вы считаете, что им нужны ваши извинения сейчас?

— Им не нужны. Им ребенок нужен.

— Вы просите извинения для себя, чтобы вам стало легче?

— Нет.

— А для чего?

Но на последний вопрос он так и не ответил. Промолчал, снова опустив голову. В этот момент в зал суда зашел судья, и началось оглашение приговора. Судья без лишних проволочек начал зачитывать приговор, а эвакуаторщик смотрел ему в глаза, казалось, первому из присутствующих в зале.

Шингирея признали виновным по нескольким тяжким статьям и приговорили к пожизненному заключению.

Шингирею разъяснили, что он имеет право подать апелляционную жалобу и попытаться обжаловать приговор, но тот промолчал. Приговор ему был понятен.

Судья быстро покинул зал заседания. Журналисты поинтересовались у убийцы, будет ли он обжаловать приговор. Тот ответил отрицательно, и затем, подписывая документы, заявил, что согласен со своим приговором.

По одной из версий, которые озвучивались, Шингирей заявил, что «не хочет больше жить». По данным другого источника, Руслана сильно избили, и он попал в реанимацию.